Главная
Сайт для звёзд всех возрастов: недавно родившихся, будущих и тех, кто уже сам рождает новые звёзды
Планета притч и сказок > Сказание о Солнце < Назад
ПЛАНЕТА ПРИТЧ и СКАЗОК
Сказание о Солнце

 
Солнце ясное, девица красная, с утра до зорюшки ты в полюшке; с речки на бережок, с лужка на торжок. Лучами осветишь, всех приветишь. Всем улыбнёшься, ввысь унесёшься.
Солнце ясное, солнце прекрасное, день сторожишь; ночью бежишь, звёзды считаешь, с друзьями летаешь.

 
Аль поведаешь, солнце ясное, где бываешь?

 
И встало солнышко румяное, зорькою светлою одетое, лучами-руками взмахнуло на пол-неба, улыбнулось.
— Дом мой небесный, — говорит светило высокое, — далече отсюда будет. Не видать с мира вашего. Путь мой долог лежит, многими ступенями да вехами изукрашен будет. Крылато ведь я, вы же сполохи крыльев моих огненных за день светлый почитаете.
Позволило Солнце ясное до себя подняться. Жар огненный умерило, и предстала пред очами картина величественная. С высоты полёта солнечного всё махонькое стало, глазом почти не видимое.
Улыбается светило ясное, лучами завесу тонкую поднимает. За нею сады чудесные видятся. Яблочки молодильные серебряные на ветвях покачиваются. Меж стволов янтарных ходят жары-птицы огненные, плоды сладкие поклёвывают. А за садом кони крылатые пасутся, травку щиплют да переговариваются на языке сказочном. За табуном игривым ступени золотые к небу поднимаются; сами словно из света невесомого вытканы.
По ступеням народ разный ходит. Кто вверх идёт, кто вниз спускается. Если приглядеться, то облик гостей может непривычным показаться. А если подумать, то ведь не только мы мир сей заселяем! Сколько ещё живых душ его с нами делят!

 
Скажи-ка, солнце ясное, давно ли ты Путь свой огненный держишь?

 
Задумалось светило, кивнуло в знак согласия. Говорит неспешно:
— Путь мой огненный многогранен. С каждой грани свой мир открытым стоять будет. И в него лучи мои свет посылают. Миры разные, все через меня соединяются. Те ступени, что открылись взору, лишь толика малая Пути моего.

 
Велик Путь твой, Светило ясное! Несказуем в предначертании своём. Но и ты ведь не одиноко в хороводе извечно-огненном?

 
— Конечно, — соглашается Солнце, — в одиночку ни с каким делом не поспеть. Хочешь на друзей моих посмотреть? Я покажу путь к ним.
И предстаёт очам картина иная.

 
Открывается, ну ровно дверь, пространство иное. А в нём вихри огромные живут. Ты меня и не спрашивай про цвет или звук мира этого, ибо не знаю, как и поведать. Но как сам поднимешься туда, так и услышишь.
За спиною Солнце ясное улыбается, согласно кивает, думу подтверждает:
— Ну, что, сердце храброе? На вихре прокатиться не страшно ли будет?
А вихри-то, словно кони, головы подняли. Какого из них выберут?

 
Вон того, что цветами радужными переливается! Да такими, что глаза раньше и не видали. Радужный вихрь оседлать себя позволил, и взвился с места в прыжке диковинном!
Мчится конём крылатым, миры далёкие под крыльями мерцают. Многое было показано, да не всякое слово на бумагу изложено будет.

 
А обратно как возвращаться?
Выгнулся скакун огненный, да мостом радужным на поле пролился.

 
Спасибо тебе, Солнце ясное, за путешествие сказочное!

 
Улыбается Солнышко.
— Да разве это сказка? Это присказка. Сказка-то впереди идёт. Будешь слушать?

 
Давным-давно это было. Передавалось из уст в уста, так и долетело до дней наших. Качали люди головами — чего только не бывает на свете! И детям рассказывали чудесную бывальщину.
Жила-была кобылица. Такая быстрая, что ветер обгоняла. А чтобы поймать кобылицу, так и речи быть не могло.
Вот купалась она однажды в речке лесной. И в воде отразилась, словно в зеркале. Где настоящий конь, а где отражение — сразу и не поймёшь!
Вышла на берег девчоночка малая. Корзинку с ягодами на травку поставила, ладошками в удивлении всплеснула. Опомнилась кобылица, да так быстро из речки выскочила, что её отражение в воде осталось. И говорит:
— Ну, девица, врасплох ты меня взяла! Бери теперь моё отражение, оно службу добрую сослужит тебе.
Слушала её малютка, диву дивясь. Подошла к речке, наклонилась, ладошкою до отражения дотронулась. И взметнулось оно из воды, брызгами траву осыпав. Стоят на травке две кобылицы, и опять не различишь их. Разве что у одной в гриве вода бисером блестит.
— Благодарю тебя, матушка кобылица волшебная! — кланяется им девочка.
А та отвечает:
— Время тебе срок, потом растает отражение моё. Но ты не волнуйся, к тому сроку многое сложиться успеет, и день тот тебя не минует.

 
Сказала и растаяла, как и не было вовсе. Оборачивается тут девчоночка к отражённому коню, гладит. Кивает головой волшебный зверь, соглашается. Веди, ничего не бойся. И пошли они из леса к людям.
Ну, а дома переполох начался. Дочка младшая скакуна с собою привела, да какого! Стали ловить, а тот в руки не даётся. Только хозяйке молодой подчиняется. А девчоночка молчит, тайну лесную не открывает.

 
Вот настал день ярмарочный. К берегу гости заморские на лодьях пристали, товары разные привезли. Видят тут коня дивного, что за девчоночкой малой ходит.
— Такой конь только под седло царское! Чей он? Какова цена? — спрашивают.
— Конь только её слушает, — ответили люди, на девочку указывая.
Любуются гости конём — всем хорош, да как подступиться? Ночью сговорились, выкрали хозяйку маленькую, на корабль унесли. Думали, как побежит за нею конь, так и поймают его.
Но как только ступили на корабль, догнал их не конь, а вихрь стремительный. Всё разметал, корабль тонуть стал. А конь девочку на спину посадил, по реке промчался, словно по суху. И пропал. Бросились искать — да где там? На воде следов нет.

 
Много времени прошло с тех пор. Но стали слухи доходить, что в одной стране есть волшебница юная. Отшельницей живёт, да кобылица дивная при ней. Сказывали люди, что замок в горах неприступных стоит. Ни пешему, ни конному не добраться.
Летит молва по свету, будоражит мысли людские. Многие путь начинали волшебницу отыскать, да отступались. Вот подъезжает к тем горам молодец, голову ввысь поднимает, кручинится. Его друзья-товарищи давно назад повернули — видимо ли дело, чтобы через пропасти, будто птицы, перелетать?

 
С неба солнце светит, вниз глядит. Спрашивает молодец у него совета, как быть? Отвечает ему Солнышко ясное:
— А ты встань на зорьке утренней, собери лучи мои, да сотки из них плат невиданный. Он-то и вознесёт тебя в высь небесную. Там кобылицу увидишь. Если сумеешь накинуть плат на неё, отвезёт тебя во дворец. А если не сумеешь, то и назад дорогу забудешь.
Сказало, да за облаком и скрылось.
И стал молодец на зорьке ясной лучи солнечные собирать, в клубки тугие мотать. Сколько собирал, нам про то неведомо. Только смог он тот плат соткать.
Как вплёл ниточку последнюю, так плат из рук и вырвался. Поймал его молодец, а тот ввысь подниматься начал. Над пропастями мчится, выше облаков поднимается. Впереди дворец сказочный показался. Вокруг сады цветут, птички порхают. Плат остановился, слез с него молодец, да удивляться уже времени нет — перед ним кобылица встала.
Поклонился ей молодец.
— Здравствуй, матушка — лошадушка! Выполнил я условие Солнечное, плат из лучей выткал. Но без согласия твоего как отдам подарок светлый?
Слушает его кобылица, голову набок наклонила.
— Вот тебе моё согласие, — отвечает она. Взяла подарок, осматривает.
— Хорошо соткал, чисто кружево, ни одного узелка не вижу.
И к волшебнице юной подводит. Говорит:
— Настал тот срок, что обещан был раньше. Суждённое исполнилось, теперь дорогу сами творить начнёте.
Видят девица и молодец, что рядом с ними ещё одна кобылица стоит.
— Забираю отражение своё, теперь вы и без меня справитесь.
— Ты совсем уходишь, матушка? — спрашивают её.
Кобылица лишь засмеялась: "А я никуда и не уходила!"
Ударила звонкими копытами по мосту радужному, и пропала, растворилась в свете солнечном.

 
Вот такое сказание записано на лучах солнечных. И путь далёк, и время не близко. Но как знать, чем расстояние измеряется?
Может, стуком сердец человеческих?
Или думами, что миры сотворить могут.

 
Валентина Юрьевна Миронова
< Назад